Ответственность психолога и помогающих практиков

Светлана Новоселова

Когда я училась в университете на факультете филологии и  иностранных языков, у нас был великолепный переводческий курс. Я с нетерпением ждала разбора заданий и обратной связи от преподавателя. Как бы преподаватель не восхищался моими интерпретациями и вольными переводами, но настоятельно советовал не расширять их до такой степени. А меня обычно несло.

Захваченная страстью познать собственные горизонты воображения, я расширила и ваяла собственный текст. Учитель сравнивал меня с Волковым и его "Волшебником изумрудного города". А мне это льстило даже, но все же я хотела доносить смыслы первоисточника, его стиль и полнокровные течения. Получалось туго.

Сейчас, когда я пятый год веду прием как психолог, все срослось и мой переводческий навык укрепился богатой практикой. Я инторпретирую  практически каждый день, помогая людям переводить слова в чувства и эмоции, расшифровывать язык сердца и души.

Для меня авторство, ценность каждого слова  сказанного и, еще вынашиваемого клиентом, имеет беспободную ценность. И моя задача отразить и усилить,  помочь человеку сформулировать собственные смыслы и подобрать свои слова из собственного жизненного опыта.

Чем выразительнее личность психолога, если он чересчур выплачивает собственное я,  тем сильнее оно заслоняет реального человека в клиентском кресле.

Переводчик Лев Гинзбург верно сказал: "От одного слова зависит подчас не только судьба перевода, но и творческая судьба самого переводчика". И перефразируя, я говорю: от одного слова, ожившего в наших психотерапевтических отношениях, может зависеть и выбор дальнейшего пути человеком и моя профессиональная судьба.

Добавить комментарий